Семейный уклад Жилищно-бытовой уклад ингушей в XIX — в начале ХХ века

Этнографическая экспозиция «Сакля горцев XIX века» Государственного музея изобразительных искусств Республики Ингушетия

Исследователи — о жилище и быте ингушей

В первой четверти ХХ века часть горцев жила ещё в жилых башнях. Они были двух видов: квадратные и продолговато-прямоугольные. Более старые из них были сложены гораздо лучше и отличались тщательной отделкой и точной пригонкой камней, пишет И. П. Щеблыкин. Дверь в жилище обычно вела со второго этажа (днём для этого приставлялась лестница), был вход и с первого этажа — хозяйского помещения.

«Междуэтажные перекрытия делались из толстых балок, — отмечает Л. Семёнов, — поддерживаемых искусно сложенным центральным столбом, строившимся в высоту всей башни, имевшей 2-3 яруса. На первом этаже содержался скот, хранились запасы зерна. В нижнем этаже, в одном из углов, устраивался каменный «мешок» для хранения зерна; этот «мешок» иногда замаскировывался каменной лестницей, ведущей во второй этаж, или иначе».

Л. Семёнов: «Аулы расположены на очень крутых, возвышенных местах или на дне глубоких замкнутых ущелий. Узкие тропинки, ведущие к ним, доступны лишь для всадника или пешехода, но не для арбы. Жилища сложены из камня. Башни, как более давние постройки, отличаются мощностью, прочностью и разнообразием форм... Приземистые сакли с плоской земляной кровлей, выстроенные в несколько ярусов, сооружены очень незатейливо. Они низки, невелики по размеру; свет слабо проникает в них сквозь окошки. Под жилыми помещениями имеются тесные загоны для скота. Улицы узки и круты. Некоторые аулы, расположенные на террасах скал, чрезвычайно живописны (Эрзи, Цори). Величественное, редкой красоты зрелище представляет башенный аул Вовнушки, расположенный на двух обрывистых утёсах... Полутёмные сакли постепенно заменяются более просторными и светлыми постройками (Фуртоуг, Салги)».

Н. Грабовский: «По недостатку места к просторной постройке, сакли лепятся одна на другую амфитеатром и образуют вид ступней, устроенных на горе Арж-лам (Черная гора)».

Х. Эсмурзиев, житель селения Ольгети (2002)

По словам долгожителя Х. Эсмурзиева из селения Ольгети, долгое время по разным поверьям стены дома ингуши не белили, а мазали белой глиной. В центре башни находился столб для опоры перекрытий и очаг. Окна были небольших размеров. Пол покрывали обожженной глиной, нередко поверх глины — деревянными досками. Вдоль стен были расположены нары. Они представляли собой земляные возвышения, огороженные досками, или же просто сбитые из досок и бревен топчаны, покрытые овечьими и козьими шкурами. Свободное место у стен занимали разного рода сундуки. В стенах были ниши для хранения домашней и кухонной утвари. Это могли быть узкогорлые медные кувшины, неглубокие деревянные чашки и другие изделия.

Ч. Ахриев: «В некоторых жилых помещениях по стенам сакли тянутся в два-три яруса полки, уставленные самой разнообразной и оригинальной по форме посудой. На первом плане обыкновенно рисуются молодцеватые фигуры кувшинов с толстыми туловищами и длинными горлышками; некоторые из них своею формою сильно напоминают карикатурные, подбоченившиеся фигуры людей; чем больше таких кувшинов и чем фигурнее, разнообразнее их формы, тем больше хозяйка тщеславится приличием своей домашней обстановки. В задних уголках, на менее видных местах, плотной массой стоят скромные закоптелые котелки, чашки, а под ними, на самом полу — кадушки с кислым молоком, сыром или кожаные мешки с кукурузой. Рядом с кувшинами лежали широкие повязки, с помощью которых женщины носили воду.

Кроме общей, семейной сакли, состоятельные ингуши имеют женские сакли и кунацкие. Женские сакли бывают самыми чистыми, в них помещаются лучшие домашние вещи: две-три перины, покрытые полосатой парусиной, столько же тюфяков, одеял, циновок и т. п. Все эти вещи скатываются в форме цилиндров и располагаются на двух-трех полках, тянущихся по стене; на самом видном месте помещаются два-три сундука туземной работы, с пестрой металлической обивкой. В таком виде семейная сакля сильно походит на лавку с красным товаром, так как тюфяки, одеяла и т. п. вещи покрываются ситцами самых пестрых и ярких цветов.

На третьем этаже располагалась гостиная комната — кунацкая, которую старались оформить красочно, используя изделия декоративно-прикладного искусства: истинги (войлочные ковры), красивую посуду, шкуры убитых животных, резные кровати, изготовленные собственноручно, столик на трёх ножках и стулья. Неизменным украшением комнаты являлось холодное оружие».

А. Робакидзе. Жилища и поселения горных ингушей

Исследователь под псевдонимом Вл. К-нь: «В сакле (в горном селении Гвилети) были три отделения: одно длинное, для скота; другое, несколько поменьше — для жилья людей (домашних) и третье, еще меньше — для приема гостей. Среднее отделение, где помещалась вся семья, было довольно просторное и напоминало собою русскую курную избу, с той только разницей, что пол в нем был земляной и огонь разводился посреди пола... В одном углу стоял стол, накрытый чистой холщовой скатертью с вышитыми по краям красными петушками. На стене, против стола, висело зеркало в ярко красной раме с закинутым за него полотенцем тоже с вышитыми концами. Вдоль стен стояли скамьи. В другом, противоположном первому, углу стояла простая деревянная кровать, застланная ситцевым одеялом. На вымазанной белою глиною стене, на вбитых крючках и гвоздях висели... седло, уздечка, ременный треног, ружье-кремневка и старый потертый саквояж. Две простых табуретки и расшатанный соломенный стул дополняли обстановку. Комната освещалась двумя крошечными окошками. В противоположной входу стене был сделан камин, чисто выметенное дно которого освещалось лучом света, падавшего сквозь прямую трубу.

Дома из саманных блоков (жёлтая глина с добавлением соломы) стали строить уже в ХIХ веке. Крыши турлучных домов могли быть земляными, соломенными. Использовалась в качестве покрытий и черепица».

Дома на плоскости строили иначе

Сказывалось влияние города. В планировке жилья учитывались особенности ингушской культуры, имелись изолированные комнаты для стариков, молодой семьи, юношей и девушек. Комнаты имели свои предназначения. «Наьна ц1а» (букв. перевод: материнская комната), где находилась печка и готовилась пища, стала в доме как бы комнатой «очага». В ней находились бытовая утварь, посуда, стол на трёх ножках, деревянные скамейки. Имелась детская комната «берий ц1а», которая по мере взросления детей становилась девичьей комнатой или комнатой братьев. Обязательной была и остаётся в ингушских домах комната «хьаьша цIа» (гостиная). Она обычно обставляется богаче других. Как правило, все комнаты соединялись длинным коридором — «ийче», имелась веранда на длину всего дома. Наиболее состоятельные семьи могли гостиную строить отдельно во дворе. Рядом с «хьаьша цIа» имелась коновязь.

Н. Яковлев: «Дом обращен фасадом вовнутрь двора и производит приятное впечатление чистотой своих выбеленных стен и опрятностью красной черепичной крыши. Фасад украшен во всю длину узкой крытой терраской с перилами и деревянными столбами».

Усадьбы и дворы стали больше по размерам. Заборы строили из камня, «з1ар» — изгороди плели из длинных деревянных веток. Помещения для домашнего скота в аулах, находящихся на плоскости, находились на заднем дворе. Задний двор состоял из огорода, небольшого дворика для домашних животных и птиц, где располагались «кхий» (хлев), «горинг» (птичник), хранились кукурузные початки в специальном устройстве — «доа» (сапетка), хранились сено и стебли кукурузы для скота.

В начале ХХ века, с появлением широкого ассортимента стройматериалов стали строить повсеместно дома нового типа. Сказывалось влияние и соседних народов на домостроительную культуру ингушей. Окончательное вытеснение традиционного интерьера горского жилища можно отнести к 40-50 годам ХХ века.

Террасированные пашни, общественные покосы и пастбища для выгона располагались рядом с селениями. Пастбище принадлежало селу или группе сёл, а сенокосные луга в большей части составляли семейную собственность. Семья, которая имела примерно две-три лошади, пару ишаков, две пары быков, десять-двенадцать коров, телят и 200 баранов, считалась зажиточной. Но таковых было не так много. В основном семья имела одну лошадь, быка, пару коров и 10-12 баранов. Было немало семей, которые имели просто одну корову.

Практически не было мужчины, который не умел строить, изготовлять предметы из дерева и камня. Не было женщины, не умеющей обрабатывать шерсть, изготовлять одежду, вышивать. На окраине каждого селения были мельницы и помещения-кузницы. Кузнец (аьшк пхьар) изготавливал все виды и типы орудий труда.

В народе ценили «знающих, хитрости камня»

Стоит коротко сказать о том, что ингуши были издревле известны как хорошие строители башен. Мастеров по камню называли «т1оговзанче», что в буквальном переводе означает «знающий хитрости камня». Талант и умение строить каменные сооружения давали им особый статус в обществе. Этнограф С. Мерешков пишет, что ингуши говорили: «Т1оговзанче, лореи, аьшка пхьареи — пхьена вужац», что означает, что строитель башен, лекарь и кузнец по обработке металла не попадали у ингушей даже под кровную месть. Они считались значимыми для общества людьми — мехк нах (букв. перевод: люди Отечества).

Л. Харсиева.

Источник: «Ингушетия» - интернет-газета

Пресс-служба Министерства культуры и архивного дела РИ